Четыре еврея
Сила концепции вины, введенная четырьмя выдающимися евреями: Эйнштейном, Иисусом, Фрейдом и Марксом. Четыре мыслителя, которые навсегда заложили основу для мышления человечества, в то время как еврейские СМИ расширили свою власть убеждения и цензуры в средствах прямой и мягкой коммуникации, подчеркивая их основные аргументы и сохраняя их в коллективном бессознательном, несмотря на все достижения в социальных и математических науках.
Возникает вопрос, почему каждое объявление о новых горизонтах научных открытий в физике и астрофизике всегда начинается с фразы: «Эйнштейн был прав»; они трансформировали представление о нем как о не столько артрономере, сколько астрологе, предвосхищая каждое новое научное открытие – вопреки этике, заложенной Карлом Поппером в методологии опровержимости, кажется, существует надежда всегда подтверждать, а не опровергать или дискредитировать концепции и теории Эйнштейна – зная, что наука развивается, если инновации превосходят предыдущие знания.
Предел научного эксперимента заключается в создании экспериментального контекста, в котором контекст проверки фактов является телеологическим и предсказуемым; научное исследование, по методологическому принципу, является предсказательным и ориентировано на получение единственного результата в конкретном поиске ответа на конкретную, особенно спорную и предложенную гипотезу: поиск вируса никогда не приведет к обнаружению верблюда, потому что контекст исследования не включает камеру для съемки или обнаружения верблюда; это контексты различных, расходящихся условий окружающей среды и инструментального оборудования: это называется научным приборостроением.
Что означает научный вызов никогда не пытаться отрицать утверждения Эйнштейна – даже ставя под угрозу будущее физики, всегда порабощенной идеями Эйнштейна, – если научные гипотезы разрабатываются и конструируются в попытке подтверждения, а не опровержения?
Будет ли человечество вечно обязано всем, что знает, еврею, Богу физики, не имея возможности опровергнуть его непогрешимые идеи? Где бы мы были, если бы лошади до сих пор перевозили людей и грузы в Нью-Йорке? Какая тайная группа больше озабочена научной неуязвимостью и неприкосновенностью Эйнштейна, чем разрушением старой научной парадигмы, которая позволила бы нам освободиться от старого и создать современное, способное превзойти скорость света, пределы времени и квантовые нанотехнологии?
Речь идёт уже не о научной эпистемологической модели и методологии; это борьба за политическую гегемонию посредством господства и манипулирования дискурсом в типичной для Грамши войне мнений.
Nenhum comentário:
Postar um comentário